— Будь моим первым, — чуть содрогнувшимся голосом пролепетала я, глядя ему в глаза, и тут же почувствовала, как по спине пробежал холодок от предвкушения и осознания важности момента. Cердце забилось быстрее, а мысли начали судорожно биться внутри головы, придумывая пути к отступлению.
— Я с тобой. Будь со мной, — тёплым шёпотом произнёс он, растворяя остатки моих страхов.
В это же мгновение в голове воцарилась тишина, тело расслабилось, и я почувствовала лёгкую вибрацию внутренней энергии, ожившей в предвкушении нашего слияния.
Очень деликатно и внимательно он ласкал моё тело. Мягкими массажными движениями он приводил в трепет чувствительные зоны одну за другой, мастерски управляя волной моего возбуждения. Мы не форсировали происходящее — скорее наоборот, двигались очень медленно, проживая каждый момент этого взаимодействия, доводя его до пика экстаза.
Он коснулся клитора самым кончиком пальца и просто оставил его там, нагнетая вибрирующую энергию, которая мгновенно заполнила всё пространство лона и начала мягко пульсировать, приглашая нас отправиться в путешествие к до сих пор неизведанному блаженству.
Не сговариваясь, мы начали дышать одним дыханием. На вдохе я видела, как эта энергия струится от его пальца через всё моё тело, направляясь к макушке по позвоночнику. На выдохе я отправляла этот поток обратно. Вместе с энергией по телу путешествовало моё предельно сконцентрированное внимание, и уже на втором цикле я почувствовала, как всё тело начало вибрировать от наслаждения. Ярче всего эта вибрация ощущалась именно в клиторе, который с каждым выдохом пульсировал всё сильнее, наливаясь возбуждением. Снэйк еле ощутимым нажатием пальца подыгрывал этой пульсации, ещё интенсивнее раскручивая энергетическое кольцо, проходившее через наши тела.
Несмотря на возрастающее возбуждение, наше единое на двоих дыхание становилось всё медленнее, глубже и в какой-то момент совершенно изменило своё качество. Теперь я уже не ощущала вдох и выдох как таковые, зато ещё ярче видела внутри себя искрящийся поток, которым могла осознанно управлять, замедляя и ускоряя его по пути следования, задерживаясь на энергетических центрах.
Внимание на шейке матки — она откликается приятным раскрытием. Воображаемым вакуумом всасываю эту тонкую экстатичную энергию в глубину матки, которая отзывается мягким оргазмичным сокращением. Отправляю это ощущение выше — через чувство удовлетворённой наполненности в солнечном сплетении — в самый центр груди, где она вспыхивает тёплым фейерверком счастья, любви и благодарности.
— Ты такое чудо, — шепчет Снэйк, осыпая нежными поцелуями мою грудь.
Слёзы радости катятся по щекам. Ни капли боли в этих слезах — только кристальная эссенция чистой Любви.
Вслед за сердцем я ощущаю оргазм горла, звенящий от яремной впадинки к ушам, подтягивающий за собой уголки губ в самую искреннюю и лучезарную улыбку. Смех и свет заливают всё пространство внутри и снаружи, осыпая моего возлюбленного россыпью звёздной росы, а затем…
Вся накопленная энергия стекается в единый портал, находящийся в самом центре головы. Моё тело выгибается, и я замираю. Нет больше ни ярких телесных ощущений, ни зашкаливающих эмоций, ни единой мысли. Есть только присутствие в пространстве над пространством. Дыхание становится еле ощутимым — я парю над Землёй и вижу всё: то, что было, что есть и что будет. Безоценочно, без анализа. За мгновение я покрываю осознанным присутствием всё сущее и отправляюсь в открытый космос, распадаясь на мельчайшие частицы.
Дыхания больше нет. Время останавливается, исчезает осознаваемое пространство. Теперь всё, что есть — искрящаяся энергия в необъятной тьме космического пространства.
Единственное подходящее описание того, что я там ощущаю, — Истинная Суть Всего.
Какое знакомое состояние… Я помню его ещё с младенчества — а может, с момента до прихода в этот мир? Когда всё есть и нет ничего. Ощущение безгранично малого в безгранично большом и полное слияние этих состояний в одно. Осознание абсолютной иллюзорности реальности и её строительного материала. Ощущение себя высшим разумом, который думает не словами, а Знанием. Безмолвно. Бездыханно…
«…Сколько я уже не дышу? Я умираю?»
Эта мысль тончайшей нитью начинает наполнять кислородом лёгкие и затягивает меня обратно в реальность. С долгим, поющим выдохом моё сознание полностью возвращается в тело, стекая с макушки вниз через все центры, вновь заполняя их энергией.
Всё это время Снэйк бережно поддерживал моё лишённое сознания тело и теперь наблюдает, как жизнь вновь заполняет мои энергетические центры, спускаясь к самой матке, запуская новый цикл оргазма.
— Пойдём со мной, — глядя в глаза Снэйку, приглашаю его отправиться в космическое путешествие вместе.
— Я уже с тобой, — на этих словах он мягко входит в меня, и я чувствую, как внутри взрывается новая вселенная чистого экстаза.
— Поднимай, — ласково велит он, и я со вдохом поднимаю волну оргазма из матки до самой макушки, с выдохом отправляя её обратно — к шейке матки, которая так же ласково целует его лингам, как я целую его губы.
Вдох — чувствую лёгкое сокращение глубоких мышц. Энергия снова направляется вверх, через все центры до самой макушки, вибрируя в наших губах, наших руках, наших сердцах, в каждой клеточке наших слившихся в единое целое тел.
Тотальное доверие. Полное слияние. Это не был секс в привычном понимании — это было соитие. Почти полное отсутствие движений — лишь плавное перетекание тел из одного состояния в другое в едином потоке чувствования друг друга. Всё, что я знала на уровне ума о тантрическом взаимодействии, обрело для меня истинный смысл.
Наши движения больше напоминали танец двух змей, но в этом танце было гораздо больше гармонии и единства, чем в привычных фрикциях. Мы вместе улетали в космос и возвращались обратно. Этот вылет больше не казался мне смертью, а даже если и был, то я её совсем не боялась. Теперь мы парили вместе в безграничном пространстве.
— Это был идеальный первый раз, — прошептала я ему, обретя способность облекать мысли в слова после нашего возвращения из тантрического полёта.
— Моя девочка… — любуясь своим творением, ответил Снэйк.
— Кажется, я больше не девочка, — тихонько рассмеялась я, чувствуя, что закрыла один из самых важных гештальтов в своей жизни.
Он улыбнулся мне, понимая, что эта глава нашей книги дописана. Мы крепко обнялись и уплыли в ласковый сон…
— Я с тобой. Будь со мной, — тёплым шёпотом произнёс он, растворяя остатки моих страхов.
В это же мгновение в голове воцарилась тишина, тело расслабилось, и я почувствовала лёгкую вибрацию внутренней энергии, ожившей в предвкушении нашего слияния.
Очень деликатно и внимательно он ласкал моё тело. Мягкими массажными движениями он приводил в трепет чувствительные зоны одну за другой, мастерски управляя волной моего возбуждения. Мы не форсировали происходящее — скорее наоборот, двигались очень медленно, проживая каждый момент этого взаимодействия, доводя его до пика экстаза.
Он коснулся клитора самым кончиком пальца и просто оставил его там, нагнетая вибрирующую энергию, которая мгновенно заполнила всё пространство лона и начала мягко пульсировать, приглашая нас отправиться в путешествие к до сих пор неизведанному блаженству.
Не сговариваясь, мы начали дышать одним дыханием. На вдохе я видела, как эта энергия струится от его пальца через всё моё тело, направляясь к макушке по позвоночнику. На выдохе я отправляла этот поток обратно. Вместе с энергией по телу путешествовало моё предельно сконцентрированное внимание, и уже на втором цикле я почувствовала, как всё тело начало вибрировать от наслаждения. Ярче всего эта вибрация ощущалась именно в клиторе, который с каждым выдохом пульсировал всё сильнее, наливаясь возбуждением. Снэйк еле ощутимым нажатием пальца подыгрывал этой пульсации, ещё интенсивнее раскручивая энергетическое кольцо, проходившее через наши тела.
Несмотря на возрастающее возбуждение, наше единое на двоих дыхание становилось всё медленнее, глубже и в какой-то момент совершенно изменило своё качество. Теперь я уже не ощущала вдох и выдох как таковые, зато ещё ярче видела внутри себя искрящийся поток, которым могла осознанно управлять, замедляя и ускоряя его по пути следования, задерживаясь на энергетических центрах.
Внимание на шейке матки — она откликается приятным раскрытием. Воображаемым вакуумом всасываю эту тонкую экстатичную энергию в глубину матки, которая отзывается мягким оргазмичным сокращением. Отправляю это ощущение выше — через чувство удовлетворённой наполненности в солнечном сплетении — в самый центр груди, где она вспыхивает тёплым фейерверком счастья, любви и благодарности.
— Ты такое чудо, — шепчет Снэйк, осыпая нежными поцелуями мою грудь.
Слёзы радости катятся по щекам. Ни капли боли в этих слезах — только кристальная эссенция чистой Любви.
Вслед за сердцем я ощущаю оргазм горла, звенящий от яремной впадинки к ушам, подтягивающий за собой уголки губ в самую искреннюю и лучезарную улыбку. Смех и свет заливают всё пространство внутри и снаружи, осыпая моего возлюбленного россыпью звёздной росы, а затем…
Вся накопленная энергия стекается в единый портал, находящийся в самом центре головы. Моё тело выгибается, и я замираю. Нет больше ни ярких телесных ощущений, ни зашкаливающих эмоций, ни единой мысли. Есть только присутствие в пространстве над пространством. Дыхание становится еле ощутимым — я парю над Землёй и вижу всё: то, что было, что есть и что будет. Безоценочно, без анализа. За мгновение я покрываю осознанным присутствием всё сущее и отправляюсь в открытый космос, распадаясь на мельчайшие частицы.
Дыхания больше нет. Время останавливается, исчезает осознаваемое пространство. Теперь всё, что есть — искрящаяся энергия в необъятной тьме космического пространства.
Единственное подходящее описание того, что я там ощущаю, — Истинная Суть Всего.
Какое знакомое состояние… Я помню его ещё с младенчества — а может, с момента до прихода в этот мир? Когда всё есть и нет ничего. Ощущение безгранично малого в безгранично большом и полное слияние этих состояний в одно. Осознание абсолютной иллюзорности реальности и её строительного материала. Ощущение себя высшим разумом, который думает не словами, а Знанием. Безмолвно. Бездыханно…
«…Сколько я уже не дышу? Я умираю?»
Эта мысль тончайшей нитью начинает наполнять кислородом лёгкие и затягивает меня обратно в реальность. С долгим, поющим выдохом моё сознание полностью возвращается в тело, стекая с макушки вниз через все центры, вновь заполняя их энергией.
Всё это время Снэйк бережно поддерживал моё лишённое сознания тело и теперь наблюдает, как жизнь вновь заполняет мои энергетические центры, спускаясь к самой матке, запуская новый цикл оргазма.
— Пойдём со мной, — глядя в глаза Снэйку, приглашаю его отправиться в космическое путешествие вместе.
— Я уже с тобой, — на этих словах он мягко входит в меня, и я чувствую, как внутри взрывается новая вселенная чистого экстаза.
— Поднимай, — ласково велит он, и я со вдохом поднимаю волну оргазма из матки до самой макушки, с выдохом отправляя её обратно — к шейке матки, которая так же ласково целует его лингам, как я целую его губы.
Вдох — чувствую лёгкое сокращение глубоких мышц. Энергия снова направляется вверх, через все центры до самой макушки, вибрируя в наших губах, наших руках, наших сердцах, в каждой клеточке наших слившихся в единое целое тел.
Тотальное доверие. Полное слияние. Это не был секс в привычном понимании — это было соитие. Почти полное отсутствие движений — лишь плавное перетекание тел из одного состояния в другое в едином потоке чувствования друг друга. Всё, что я знала на уровне ума о тантрическом взаимодействии, обрело для меня истинный смысл.
Наши движения больше напоминали танец двух змей, но в этом танце было гораздо больше гармонии и единства, чем в привычных фрикциях. Мы вместе улетали в космос и возвращались обратно. Этот вылет больше не казался мне смертью, а даже если и был, то я её совсем не боялась. Теперь мы парили вместе в безграничном пространстве.
— Это был идеальный первый раз, — прошептала я ему, обретя способность облекать мысли в слова после нашего возвращения из тантрического полёта.
— Моя девочка… — любуясь своим творением, ответил Снэйк.
— Кажется, я больше не девочка, — тихонько рассмеялась я, чувствуя, что закрыла один из самых важных гештальтов в своей жизни.
Он улыбнулся мне, понимая, что эта глава нашей книги дописана. Мы крепко обнялись и уплыли в ласковый сон…